«Под каждой крышей здесь творческая мастерская», — художник Роман Сустов об Осмоловке, в которой живет

15.04.2016 11 6075

Горожане мечтают придать ей статус историко-культурной ценности, а инвесторы — похоронить под гусеницами бульдозера. Но пока между активистами и городскими властями не утихают баталии, Осмоловка живет своей неповторимой жизнью: под каждой крышей — мастерская художника, каждое дерево — натура для пейзажа. Мы прогулялись по Осмоловке с одним из ее жителей — художником Романом Сустовым. О «деревенской общине» в центре города и юности с мольбертом — в репортаже из цикла «Мой район».

— Мы с женой переехали в Осмоловку 9 лет назад, но вся наша юность прошла в этом районе. Мы учились в колледже искусств неподалеку и все время здесь тусовались, причем не только в свободное время, но и на занятиях. Здесь мы часто находили натуру для наших художественных этюдов. С годами ничего не изменилось: как только потеплеет, студенты Академии искусств расставят мольберты в каждом дворе. Мы часто встречаем здесь своих бывших учителей. Стоишь на балконе, пьешь кофе: «Здравствуйте, Мариванна!»

— Вот это полукруглое окно, эти деревья — сейчас они совершенно графичные, а позже станут живописными. Все художники влюблены в этот район, а жить в нем — просто мечта.

— Кроме Академии искусств рядом находится корпус консерватории, откуда постоянно доносится классическая музыка, особенно когда дело близится к сессии. Так что атмосфера в Осмоловке очень творческая.

— Здесь почти под каждой крышей мастерская художника. К сожалению, все они неотапливаемые — живописцы приспособили под это дело буржуйки и топятся дровами. Раньше здесь была мастерская Валентина Губарева.

«Осмоловские мотивы» в творчестве Валентина Губарева

— Была и у меня мечта о здешней мастерской, но чердак над нашей квартирой совершенно необитаем. Чтобы организовать там мастерскую, нужно вложить большие деньги. При этом нам постоянно грозят сносом, и эти вложения в итоге могут пойти прахом.

Однако творческая мастерская Сустова находится неподалеку — в одном из жилых домов Раковского предместья. Роман специализируется на печатной графике. Любимые техники в эстампе офорт и литография. Минипринт-экслибрис занимает особое место в творчестве Романа.

— Литография — очень старый вид плоской печати с камня. Я занимаюсь и другими видами графики, такими как офорт, делаю линогравюры: вырезаю печатные формы на листах линолеума.

— Создание линогравюры занимает несколько месяцев. Сначала делается эскиз, затем он переводится в зеркальном отображении на линолеум. Получается клише, с которого печатается тираж.

К нашей прогулке присоединилась жена Романа Любовь вместе с домашним питомцем — псом Берри.

— В Осмоловке на чемоданах живут целыми поколениями, — рассказала Любовь. — Когда 9 лет назад мы получили здесь квартиру в наследство, нам рекомендовали ее обменять: гарантировали, что в течение пяти лет здесь точно все снесут. Но мы люди непрагматичные: пока не приедут бульдозеры, будем жить здесь.

— В Осмоловке есть ощущение, что все это свое: небольшой дом, двор, земельный участок, — соглашается Роман. — А камерность всегда притягивает. По сути, Осмоловка — это таунхаусы в центре города.

— Жителей спальных микрорайонов всю жизнь сопровождает ощущение потерянности из-за того, что дома огромные, давящие и бетон сильно превалирует над растительностью, — продолжает Роман. — В большом городе вообще мало естественных архитектурных комплексов, у которых есть свой характер. Это один из них. Он очень комфортный за счет того, что деревья выше домов, а дома соразмерны человеку.

— И внутри у них совершенно иная атмосфера, отличная от привычных нам панельных домов, — рассказывает Любовь. — Во-первых, там высокие потолки, во-вторых, другие пропорции: комнаты квадратного типа. Получается совершенно иная геометрия. Габариты квартиры куда приятней глазу, чем комнаты-пеналы в панельных домах.

— Мне нравится, что в Осмоловке сохранились вот эти вот деревянные веранды на втором этаже, — признается Роман. — Это не самострой, а оригинальный архитектурный облик. Жаль только, что многие из этих веранд уже пришли в аварийное состояние и угрожают безопасности прохожих.

— А это — одна из самых старых построек в Осмоловке, которая была здесь задолго до жилых домов. На месте Не-Кемпинского раньше была первая минская электростанция, это — подстанция к ней.

— В качестве подстанции она давно не работает. Последние 20 лет здесь функционирует кафешка. В 90-е она была одним из первых коммерческих общепитов, поэтому осмоловцы ее очень любят. Кафешка стала меккой для студентов консерватории в дневное время, для таксистов — в ночное.

— Женщина, которая стоит за прилавком — хозяйка кафе. Она собирает все новости по району. От нее я узнаю обо всех петициях, которые подписали осмоловцы. Выхожу, пью кофе, а она со мной новостями делится.

Пугающий новодел, бутик Филиппа Киркорова и встреча с Бондарчуком

Споры о сносе Осмоловки идут уже четверть века. Один из здешних домов был отселен еще в 90-е, но «приговорили» его к сносу лишь в 2014 году. По проекту дом собирались реконструировать, превратив в двухэтажный особняк продюссерского центра «Спамаш», но на деле бульдозер снес осмоловскую двухэтажку до основания. Строительство центра идет ударными темпами: за полгода возвели коробку и накрыли ее крышей. И очень скоро классическая музыка из консерватории вступит в диссонанс с зажигательными песнями Алены Ланской.

— Снесенный дом был точно такой же, как все остальные, но по каким-то причинам его признали аварийным и отселили людей. Он был заброшен лет 10−12, стал пристанищем местных бомжей и алкоголиков.

— Рядом Филипп Киркоров открыл собственный бутик одежды. В день открытия он предстал перед народом, и это стало темой № 1 в Осмоловке: все местные бабушки собрались на него посмотреть. Все было в розах. Потом он приезжал сюда с Ани Лорак, Лазаревым и т. д.

— Встречали мы на этих улицах и других звезд, Бондарчука, например. В Осмоловке постоянно снимают фильмы о войне, ведь такую натуру найти довольно сложно. Достаточно демонтировать современные вывески, повесить на их место киношный инвентарь — и вот вам город времен войны. Здесь снимались «Стиляги», для которых напротив нашего дома установили ночной софит и шатры с кофе.

— Местные жители возлагают большие надежды на Киркорова и Ланскую. Ведь раньше Осмоловку собирались разом снести и построить что-то большое. Теперь очевидно, что инвестор не сможет купить весь квартал целиком. Но многие жители опасаются, что из Осмоловки будут «выгрызать» по домику, признавать аварийным и выселять людей в арендное жилье из госфонда с предоставлением минимальной компенсации за ветхую квартиру.

— Поэтому жильцы как могут ремонтируют эти дома за свой счет. Есть проблемы с проводкой и канализацией, но коробки очень теплые и сухие. Сама конструкция может еще лет 100 простоять, была бы цела кровля. В нашем доме каждый самостоятельно поменял в своей квартире проводку, а канализацию решили делать вскладчину.

— В прошлом году была акция в поддержку района, активисты сделали вот эти граффити в пользу сохранения Осмоловки.

— А это граффити, сделанное минским художником Митей Писляком. Он здесь не живет, не работает. Ему просто нравится район, и он захотел оставить здесь свое граффити.

— Большинство старожилов хотят остаться в Осмоловке, — рассказывает Любовь. — Есть одна бабушка, которая с нетерпением ждет сноса из чисто бытовых соображений. У нее на первом этаже очень сыро, ветхие канализационные трубы, и она хочет переехать в новостройку, где все чистенько, аккуратно и свежо. Но она, по-моему, в меньшинстве.

— Это детский сад с бомбоубежищем, — рассказывает Роман. — Он строился после войны, в 1947 году, когда бомбоубежище в детском саду совершенно никого не шокировало.

— В Осмоловку исторически заселяли работников генерального штаба, сейчас здесь живут их наследники, — продолжает Роман. — Поскольку жилье предназначалось высшим военным чинам, в каждом из осмоловских домов было всего две квартиры на этаже. Потом их разделили еще на две. Позже сюда заселяли инженеров, художников и так далее.

— Вообще этот район — как деревня в центре города. Здесь многие друг друга знают, спокойно выпускают детей без присмотра, не беспокоясь об их безопасности. Конечно, соседской общинности здесь с годами становится меньше: появляются новые люди, привыкшие жить по городским канонам.

Старожилы говорят, что за последние 20 лет Осмоловка сильно изменилась: люди стали более закрытые, перестали дружить семьями. Мы этого не застали: уже 9 лет назад соседи держались довольно обособленно друг от друга. Но атмосфера старой Осмоловки еще осталась: те семьи, которые жили здесь из поколения в поколение, дорожат этим соседством. И до сих пор сушат белье на веревках во дворе.

Фото: Феликс Сиваков

Realt.by Недвижимость

Читать:
Поделиться: